Предсказание Рембрандта

Игорь Ганиковский, фрагмент текста "Надеяться и ждать", Новый Метафизис, НЛО, 2012

9. Предсказание Рембрандта

В Кельне в Рихарц– Валлраф музее хранится, может быть, один из последних автопортретов Рембрандта, 1669 года. Эта небольшая по размеру работа для меня является одним из самых пророческих его произведений. Конечно, чтобы написать такую работу, недостаточно быть выдающимся мастером, нужно прожить и жизнь, необходимую для этого. А жизнь его была типично человеческая, та жизнь, которую проживает каждый, но ландшафт ее отличался необыкновенным рельефом, там были и снежные вершины, и глубочайшие падения. Если в первой части жизни, меткой которой можно считать его знаменитый портрет 1638 года с Саскией на коленях, он был осыпан земными дарами -- громкой славой, любовью, деньгами, уважением… конечно, он это заслужил или это было частью плана, -- то в дальнейшем судьба, как часто бывает, стала отбирать одно за другим все из его земных приобретений; умирали, едва родившись, дети один за другим; он потерял жену, которую так любил; как только в живописи он стал делать то, что не соответствовало убеждению его современников, он тут же лишился заказов, а в дальнейшем и денег, прекрасного богатого дома, своей серьезной коллекции картин; затем умерла его вторая жена и любимый, единственный оставшийся в живых сын Саскии Титус; затем почти полное забвение и унижение… И вот последний автопортрет: сгорбившийся, беззубый старик со странной улыбкой на лице, которую описать просто невозможно, такая, наверное, бывает у людей много претерпевших, много блуждавших и наконец достигших, несмотря ни на что, какого-то своего высшего пункта, вершины, с которой им открывается и становится понятным что-то ранее недоступное. Вполне может быть и так, что каждый человек достигает своего пика; когда пелена спадает с глаз, все земное, как шелуха, сползает с него, и он превращается в свет, как на этой картине. Но в этом автопортрете есть что-то необычное и для самого Рембрандта: впереди перед ним видится какая-то фигура, похожая на человека, но больше смахивающая на манекен, как бы мы сейчас сказали -- на робота или киборга. Причем вымученная рембрандтовская улыбка явно относится и к нему, так как он тычет в манекен своим муштабелем. Получается так, что человек, измученный и изнуренный дорогой, из последних сил одолел свою вершину, и что же он встретил там? -- манекен, полностью лишенный каких бы то ни было эмоций. Если в картине из Эрмитажного собрания Санкт-Петербурга «Возвращение блудного сына», написанной чуть раньше кельнского автопортрета, отец всепрощающе кладет руки на спину своего заблудшего сына, обнимает и прижимает его к себе, и эта сцена необыкновенно эмоциональна, то в кельнской картине описана тоже важнейшая встреча, но совсем по-другому… со слепой судьбой или «механическим, дигитальным» образом самого себя; может быть, встреча с «литографской плитой», с которой ты был спечатан, с тем, кто тебя унаследует?

 

«Музыка есть услышанное и реализованное звучание Мира»

Разговор Софии Губайдулиной с  Игорем Ганиковским. 24.06.2007.

И.Г. Когда я рассматриваю Ваши партитуры, то часто вижу те или иные графические элементы в них. Конечно, это характерно для современной музыки, но все же, что для вас означает треугольники, квадаты, спирали, кресты?

С.Г. Вообще для меня очень важно движение руки, особенно в начале, когда работаешь над замыслом - рисунки помогают. Но особенно важно для меня изображение креста.

И.Г. Просто мне казалось,что под этим скрыто не то чтобы стремление визуализировать музыку, но желание нащупать фундамент, конструкцию на которую можно было бы опереться, например математику...

С.Г. Математика конечно существует, правда, скорее, арифметика. Мне кажется, что я нахожусь в процессе выработки техники, которая могла бы противостоять интуиции. Дело в том, что современное состояние музыки таково, что в работе композиторов чувствуется слишком много свободы, а я наоборот все время ищу закономерности, которые бы меня ограничивали, но при этом я пытаюсь нащупать такие ограничения, которые не мешали бы моей интуиции. И такая задача всегда ставится. Иногда решается, иногда нет - и в этом  драма  моей работы.

И.Г. Я это очень хорошо понимаю. По молодости мы все стремимся «выражать себя», а с опытом убеждаемся, что под частным таится нечто общее,  то что  диктуется более высоким миром, и это-то и важно... И устанавливая ограничения, мы отсекаем случайное.

И еще, может быть, к этому. Я помню наш давнишний разговор, наверное уже лет 25 назад, еще в Москве, когда я писал Ваш портрет. Вы сказали, что у вас есть свойство, всегда - часто или иногда, когда Вы слышите незнакомую музыку, продолжать с какого то момента за композитора.

С.Г. Да, Игорь, это часто бывает и не только со мной, я и от других композиторов слышала такое, иногда возникает  странное ощущение, вот слушаешь чужую музыку и невольно продолжаешь в таком же роде, включается игра воображения...

И.Г. А можно ли так сказать, что все как бы уже написано? У разных людей - разные интуиции: один видит будущее, другой прошлое, Вы  -слышите музыку... Просто у некоторых людей есть способности проникать в пространства, где все это уже есть.

С.Г. Я не знаю, у меня лично нет такого ощущения, что все уже написано. Мне кажется, что как раз мы находимся в пути к тому, чтобы услышать универсум, услышать Мир, ведь его звучание бесконечно и вечно, но оно как форма является музыкальным произведением, и к этому идет дорога и мы вечные странники на этом пути… Но у меня нет такого, что Вы сейчас сформулировали, что все уже написано, и надо только прислушаться… Я помню у Альфреда (композитор Альфред Шнитке – И. Г.) было такое мнение, он мне об этом говорил, что ему кажется: все уже написано и нужно только внимательно, внимательно прослушать и потом записать. У каждого могут быть свои ощущения.

И.Г. Тут я наверняка ближе к Альфреду. Для меня было бы очень странно подумать, что Тот, кто создал этот Мир и нас в нем, может не знать что- то. Мне представляется, что все наши «фантазии», это не продукт человеческого мозга или сердца, а все как бы в определенное время "сваливается" сверху, и есть люди, которые улавливают эту информацию быстрее, чище и глубже. Ведь обратите внимание, большинство самых, казалось бы, безумных фантазий, уже осуществилось или осуществляется. Наверное, даже Жюль Верн не мог себе представить сегодящих бесшумных атомных подводных лодок.

Кстати у меня есть серия графических работ, посвященных Вам, которая называется, «Рождение музыки». Вы помните? Лист с некой информацией, нотами, покрыт полупрозрачной калькой, и то, что под - ней выглядит смутно и загадочно. В кальке есть окошки, и когда мы их отворачиваем, то все, что было скрыто - проявляется и становится понятным и ясным. Я считаю, что наша задача и состоит в открывании этих окошек: чем больше окошек мы откроем, тем скорее поймем Основной Текст. И все человечество участвует в этом процессе. Похоже на игру в пазлы.

С.Г. Может быть и так.

И.Г. Соня, хотелось бы узнать Ваше отношение к цвету и цветомузыке,  Вы же сами использовали эти приемы?

Г. Это было привлекательно, и я пыталась сама сделать что-то в этом направлении. Но с тех пор как цвет и свет стали играть все большую роль в популярной музыке, дискотеках, я пересмотрела свое отношение. Цветовое и световое стало превалировать над слуховым ощущением. Я иногда ввожу в свои произведения некоторые театральные моменты, не чуждаюсь этого, но со временем стала относится к этому, как к некому, с чем нельзя работать серьезно. Я ведь работаю с числами. У меня был опыт в «Алилуйе», но потом я разочаровалась в этом, и, особенно, после того, когда я услышала «Прометея» Скрябина с очень хорошим цветовым аппаратом, и, знаете, как это затемнило музыку и как отодвинуло ее на роль сопровождения, а не сущности? Ярчайшая музыка Скрябина стала довольно тусклой, и я поняла, что музыка не может соперничать с визуальным рядом - ее надо охранять.

И.Г. Ведь визуальное составляет чуть ли не 70 процентов от всех человеческих ощущений.

С.Г. Совершенно верно! И смотрите, как сейчас культура пытается это использовать. Получается дисбаланс. Сейчас вообще происходит перекос между серьезной и популярной музыкой – наверное, то же самое - и с серьезной живописью, серьезной поэзией... Они стоят на грани исчезновения. И нужно признать, что популярное и серьезное искусство выполняют абсолютно разные задачи, у одного задача - развлечь, а другое пытается развить сосредоточенность, и это две противоположные задачи. Вы можете представить себе человечество, которое имеет тенденцию в себе именно, уничтожения практики сосредоточения, которая и сделала человека человеком? Я не отрицаю популярного искусства, но должна же существовать и практика серьезного отношения тоже! Это просто страшно, когда человек теряет момент сосредоточенности. И это уже становится заметным. Например в Германии: если 20 лет назад мы встречали немцев очень собранных              и внимательных, то сейчас встречаем все больше немцев, которые не могут сосредочиться

И.Г. Да я согласен, концентрация или сосредоточение,  это то, что становится совершенно чуждым и даже противоположное ментальным привычкам современного Запада, где все стремится лишь к рассеянию, скольжению и постоянному изменению. Только сильное восприятие может быть правильным.

С.Г. Вообще, отношение к культуре, как к чему-то второстепенному, это характерно, пожалуй, сейчас, для любых цивилизованных стран. Сейчас мне приходится сталкиваться с людьми очень цивилизованными, но уже некультурными. Так, что благополучные страны платят сейчас за свой технический и технологический прогрессы  потерей серезной культуры: все требует платы.

И.Г. Но надо все-таки признать, что  этот процесс идет постепенно...

С.Г. Но может случиться и скачок.

И.Г. У меня, правда, существует другая теория, связанная с  взаимоотношением двух культур. Что касается серьезного искусства, то мне кажется, что его роль всегда одна - и неизменна: напоминать человечеству о том, что Бог существует, и постепенно открывать его качества, разъясняя, что наш мир, в котором мы все пребываем, лишь первая ширма. Популярная культура, по моему, имеет другие задачи: не только развлекать, а скорее заслонять, скрывать реальный мир, еще более насыщать наш мир иллюзиями. С другой стороны, именно популярная культура отражает реальное состояние человечества, т. к. именно она связана с миром  потребления и миром копий. Что на зеркало пенять, коли рожа крива. Другую важнейшую задачу поп-культуры, я вижу в том, чтобы готовить человечество к переменам: если завтра мир наполнится клонами или роботами, то люди уже в принципе готовы к этому... Мир сейчас имеет тенденцию к перемешиванию, человек, какой уже раз строит Вавилонскую башню - результат известен. И, конечно, эта тенденция захватывает и искусство, особенно это видно на примере визуальных искусств,  которые всегда идут чуть впереди, поп-культура пытается не устранить, а пожалуй поглотить серьезную культуру, мы движемся к новому синкретизму, но на другом витке. В  визуальных искусствах уже трудно понять что есть что.

У меня еще вопрос: я помню, что два самых важных для Вас композитора это Бах и Веберн. Вы любите Веберна за что: за его концентрацию, за минимализм?

С. Г. Веберна я люблю за его чистоту конструктивного мышления. Бах же для меня конечно же выдающаяся фигура в истории музыки, у него как раз и сочетается сильное конструктивное и структурное мышление - и огненная субстанция спонтанности, интуитивная работа. Все-таки самым важным композитором для меня является Бах, но для меня так же важен и Мессиан, Шенберг, Вагнер, Монтеверди или Джезуальдо...

И. Г. А что вы можете сказать о современных немецких и русских композиторах?

С. Г. Тут то же есть интересные имена: Хелман Ляхенман, Карлхайнц Штокхаузен. Его молодость была очень важна для меня, ранние работы очень серьезные и хорошие...

И. И последнее, что хотел у вас спросить, сумел ли Петя (Петр Мещанинов, дирижер, исполнитель, теоретик музыки, муж Софии Губайдулиной – И. Г.) завершить книгу, над которой работал всю свою жизнь?

И. Г. К несчастью, нет. Это фундаментальное исследование, очень глубокое, он пытался в нем достичь снежных вершин, он очень хорошо работал... Буквально перед смертью он мне говорил, что теперь осталось только записать... Но не записал. Осталось конечно много материалов в компьютере, числа, матрицы...

И. Г. Можно ли найти человека, который мог бы все это обработать?

С. Г. К сожалению, нет такого человека на свете - второго такого исследователя не может быть… Вы не представляете пропасть, которая отделяла Петю от любого самого продвинутого теоретика сейчас. Мне представляется, может быть, более правильным, собрать все материалы и поместить их в фонд Пауля Захера, до востребования. Просто я боюсь, что даже очень серьезные теоретики могут в этом запутаться... Например у него есть целые папки с названиями «Операторы» или «Матрицы», об этом никто и не слышал, а ведь за этим стоит очень важное для музыки.

И. Г. Убежден, что не только для музыки. Существуют общие законы : и музыка и наука - все связано...

С. Г. Вообще это очередная трагедия русской культуры… Не удается русским дойти до конца...

И. Г. У меня иногда бывает ощущение, что кто-то тебя не пускает. На тебя набрасывается непонятно откуда взявшийся страх, когда стоишь перед новой «дверью», не знаешь, что за ней - свет или кромешная тьма. Может быть, и Петя приблизился к слишком важной «двери»… Люди порой, наверное, правильнее сказать, часто, наказываются, когда хотят узнать что-то, чему еще не пришло время войти в наш мир.

Одна из организаторов Арт ярмарки в Пулхайме/Кельн, Камилла Спорндле, одна из лучших искусствоведов Германии. Фрагменты выставки.

Выставка современного искусства в Пулхайме(предместие Кельна)

art’pu:l – Messe für zeitgenössische Kunst

Wir freuen uns, Ihnen die 4. Auflage der art’pu:l im Walzwerk Pulheim ankündigen zu können!

Vom 19.06.14 bis zum 22.06.14 präsentiert das art’pu:l-Team wieder die Vielfalt aktueller, internationaler Kunst auf einer insgesamt ca. 4.000 m² großen Ausstellungsfläche.

Die drei vergangenen Jahre haben die art’pu:l zu einer neuen und festen Größe des rheinischen Kunstgeschehens heranwachsen lassen. Mit stetig steigendem Besucherzuspruch und mit über 100 ausstellenden KünstlerInnen aus dem In- und Ausland hat sich die Messe inzwischen mehr als verdoppelt und wir gehen mit großem Enthusiasmus in die nächste Runde.

Die kunstfirma a2b freut sich, zusammen mit unserem lokalen Partner WzK 01, auf eine spannende Messe für zeitgenössische Kunst in den wundervollen historischen Industriehallen des Walzwerks-Pulheim.

Schauen Sie doch gerne vorbei! Wir freuen uns auf Sie!

das art’pu:l-Team

Hier gelangen Sie zu den Bewerbungsunterlagen für Galerien und Künstler.

Für Informationen zur Messe oder weiteren Aktionen der kunstfirma a2b,
können Sie sich hier in einem Newsletter eintragen.

Музей Гробциг, Германия, 17.05/ 22.09.2014 Игорь Ганиковский "Кол Нидре"

С 17.05.2014 по 22.09.2014 проходит моя персональная выставка музее Гробциг в Германии, www.synagoge-groebzig.de

Igor Ganikowskij

www.ganikowskij.com

 Igor Ganikowskij has taken part in more  than 50 one- man shows, 13 of these in museums, and 100 group exhibitions.  He has exhibited at Art-Basel, Art Cologne, Arco Madrid , Art LA and Art London.  He has been widely published, with 11 solo-catalogues and more than 300 articles on his art in books, magazines, newspapers.  His work is represented in the collections of more than 35 museums.

                                                                                                                   

1950       Born, a teacher’s son, Moscow, Russia

1968       Final examination at a Mathematical school in Moscow

1972       Honours degree at the Steel-Institute

1972-

1983       Member of Scientific Institution, constructor in an engineering office, teacher

1973       First drawings and paintings

1976-

1978       Attendence at the art studios of Isaj Braslavsky and Michail Kasanski in Moscow

1983       Admission to the Youth Group of the Artist`s Association, first participation in a

               professional exhibition

1985       Admission into the Artist`s Association

1989       Solo exhibition, Gallery Pelin, Helsinki .

                The first  official one-man show of  a soviet artist in a private gallery in the West.

1990       Scholarship from the George Soros Foundation; six month stay in USA

1991       Elected vice-president of the International Association of Creative Intelligenc 

             “World of Culture”.

1993      Became resident  in Germany

2004      August Macke-Preis

2006      Prestel Verlag included color work of Ganikowskij in it “Geshichte der

              bildenden Kunst in  Deutschland“  Vol.8 „Von Expressionismus bis Heute“

              Since 2000 lives and works in Bergisch-Gladbach ( Bergisches Land ).

Public Collections:

Kunsthalle Henri Nannen Stiftung, Emden , Germany

Museum am Ostwall, Dortmund , Germany

Museum Ludwig, Köln , Germany

Ludwig Forum für Internationale Kunst, Aachen , Germany

Städtische Galerie Villa Zanders, Bergisch-Gladbach , Germany

Felix Nussbaum Haus, Osnabrück , Germany

Von der Heyt-Museum, Wuppertal , Germany

Kunstmuseum Ahlen, Germany

Kunstmuseum Bochum , Germany

Sprengel Museum , Hannover , Germany

Märkisches Museum , Witten , Germany

Jüdisches Museum Westfalen, Dorsten , Germany

Museum Synagoge Gröbzig

Judisches Museum Wiena, Austria

Städtische Tretjakow-Galerie, Moscow , Russia

Städtische Puschkin-Museum, Moscow , Russia

Russische Kulturstiftung, Moscow , Russia

Stiftung des Kulturministeriums, Moscow , Russia

Ludwig Museum , Saint Petersburg , Russia

Russian Museum , Saint Petersburg , Russia

The Israel Museum , Jerusalem , Israel

Tel-Aviv Museum of Art, Tel-Aviv , Israel

The Corine Maman Museum Ashdod , Israel

Museum für Moderne Kunst, Chamalier , France

Mondriaan Huis, Amersfort, Holland

The Magnes Museum , Berkeley , USA

Silkeborg Kunstmuseum, Silkeborg , Denmark

Museum of Modern Art, Trento , Italy

Nationalgalerie, Warsaw , Poland

Museum für Moderne Kunst, Posen

Museen der Bildenden Künste Novosibirsk , Russia

Staatliche Galerie Tula , Russia

Museen der Bildenden Künste Penza , Russia

Museen der Bildenden Künste Tomsk , Russia

Museen der Bildenden Künste Omsk , Russia

Staatliche Galerie Semipalatinsk , Kazakstan

Museen der Bildenden Künste Symy , Ukraine

Historisches Museun Kanotop , Ukraine

Private Collections:

Australia, Brazil , Denmark , Germany ,

England, Holland , Hong Kong , Finland , France ,

Greece, Italien , Iceland , Israel , Japan , Canada ,

Luxembourg, Norway , Poland , Portugal , Russia ,

Spain , Sweden , Switzerland , Hungary , USA

„Ganikowskij's art is charged with hidden symbols and has to be deciphered in order to understand it deeper meaning. The artist has developed a code of visual symbols and his apparently strictly reduced works reveal their contents only when we have learned to unveil their enigma. So, it is worth while to embark on a journey into this 'terra artis incognita', trying to outline a preliminary topography of his work in a few sections. “

Dr.Marc Scheps, former director Tel-Aviv Art museum and Ludwig museum Köln. Light Symbols in artwork of Igor Ganikowskij

(Catalog).

“Living through something very deep in our world has always been very important for my work, as is the search for likenesses of these processes in the higher worlds. Perhaps this is the only possibility, not just to see the great and small worlds at the same time, but also to understand their configurative interaction. Moreover, moving from one hierarchal step to another, through a variety of levels of realities, the symbolisations grow, and the contents of the transcendent seem to glimmer through the expression. The symbol plays the part of the bridge between the rational and the mystical.

It is also important that the space of my works lives a double semiotic life, modelling the universe one hand, and being modelled by it on the other. Of course, it may be that we see only shadows, slight reflections, but even from these contours one can try to shape something, repeatedly verifying the result by the numerous reflections.”

Igor Ganikowskij:  Liberation of Light. (Catalogue)

“In several ways,his riecent work  with its emphasis on the semantic aspect of the image thus seems to recall the the achievements of the so-called formalist tradition in Russian art,If so it means that he reopens a wide field. lt is worth reminding that the importance of this tendency   had impact not only on art , but on music, literature, linguistics, and philosophy as well. But disturbingly enough, Ganikovsky also sometimes introduces signs and symbols into his apparently most classical  abstract compositions. Even if they are only present as secondary, barely emerging elements, they create a feeling of ambiguity and remained us that not all   processes in the mind can be expressed in mere operations with pure form. “

“Das Werk von Igor Ganikowskij fasziniert mich sehr, Ich dachte immer, dass es nicht möglich sei, in Richtung Malewitch etwas neues zu sagen”

Dr.Troels Andersen, former director of Silkeborg museum, one of the more famous specialists in K. Malewitch. (Catalogue) and newspaper „Politika“, Kopenhagen.